МИЭТ (редакция журнала ЭСГИ, главный редактор)
Российский государственный социальный университет (кафедра политологии и прикладной политической работы, профессор)
сотрудник
Национальный исследовательский университет «МИЭТ» (Кафедра философии, социологии и политологии, Профессор)
г. Москва и Московская область, Россия
УДК 316 Социология
Актуальность исследования обусловлена разрывом между сохраняющимся высоким символическим статусом чтения и снижением интенсивности реальных читательских практик в цифровом социокультурном пространстве. Цель исследования — выявить и эмпирически обосновать модели взаимодействия музея и библиотеки, в которых музей выступает в роли медиатора, конвертирующего общий интерес к культурному досугу в устойчивую практику чтения. Новизна заключается в комплексном сопоставлении данных четырех опросов ВЦИОМ 2015—2026 гг. и анализе российских музейных практик, на основе которого впервые выделены и теоретически обоснованы четыре модели синергии музея, библиотеки и книги. Основные выводы: музей как более динамичное и событийное пространство способен выступить эффективным проводником, возвращающим читательскую аудиторию в библиотечную среду. Продемонстрирована эффективность моделей «музей как витрина книги», «библиотека в музее», «цифровой мост» и «событийные форматы», которые позволяют преодолеть инфраструктурные и когнитивные барьеры, превращая ситуативный интерес к библиотеке как «хабу знаний» в вовлеченность в чтение.
музей как медиатор, популяризация чтения, гибридное культурное потребление, библиотека, цифровая трансформация культуры, модели взаимодействия музеев и библиотек, музейная педагогика
Art. ID: m05s02a50
Введение
В современном социокультурном пространстве цифровой эпохи книга, библиотека и музей сосуществуют в едином, высококонкурентном цифровом культурном подпространстве. Основным вызовом для этих традиционных институтов становится борьба за время и внимание аудитории, рассредоточенное между потоками аудио- и видеоконтента, социальными сетями и множеством других форматов проведения досуга. При этом, как показывают многочисленные социологические опросы, книга, библиотека и музей сохраняют исключительно высокий символический статус и пользуются значительным общественным доверием. В государственной культурной политике России поддержка чтения, развитие библиотечного дела и музейной деятельности являются стратегическими приоритетами, что находит отражение в национальных проектах и федеральных программах, направленных на укрепление единого культурного пространства страны.
Однако данные социологических исследований фиксируют парадоксальный разрыв между высокой декларируемой ценностью чтения и реальной вовлеченностью граждан в соответствующие практики. Согласно данным опроса ВЦИОМ «Книга в эпоху цифры»[1] (ноябрь 2025 г.), 66 % россиян идентифицируют себя как «любящих читать», однако 26 % не читают книг совсем, а средний объем чтения за три месяца составляет 5,3 прочитанных и 2,7 недочитанных книги. Таким образом, почти треть декларирующих любовь к чтению не вовлечена в соответствующие практики. Аналогичная ситуация наблюдается и с библиотеками: как показало исследование «Как пройти в библиотеку?»[2], 89 % граждан когда-либо посещали библиотеки, но 63 % не делали этого более двух лет. Среди ключевых причин отказа от посещения респонденты называют нехватку времени (33 %) и возможность читать и скачивать книги в интернете (23 %, что демонстрирует трехкратный рост по сравнению с 2009 г.). При этом сами же респонденты указывают на меры, способные повысить привлекательность библиотек: обновление книжного фонда (28 %), доступ к электронным версиям (26 %), наличие компьютеров с выходом в интернет (26 %) и проведение культурно-просветительских мероприятий (24 %).
В то же время музеи демонстрируют более позитивные тенденции вовлеченности посетителей. Согласно опросам «Пошли в музей?»[3] (2024 г.) и «Идем в музей?»[4] (2026 г.), около половины россиян посещали музеи за последние два года, а за последний год — 36 %. Примечательно, что доля желающих ходить в музеи чаще стабильно растет: с 53 до 66 % за 15 лет. Наибольший интерес к музейно-выставочному пространству демонстрирует молодежь 18—24 лет (58 %) и жители крупных городов. Важно отметить, что, согласно опросам, цифровые каналы — официальные сайты, социальные сети, онлайн-анонсы — усиливают интерес к музеям. Это свидетельствует о том, что музей уже успешно встроен в цифровое поведение аудитории и воспринимается ею не просто как хранилище артефактов, а как динамичное, событийное пространство, отвечающее на запрос современного человека о получении нового опыта, знаний и позитивных эмоций.
Таким образом, наблюдается общая для всех трех институций тенденция: высокий декларируемый интерес к чтению, библиотекам и музеям сочетается с менее интенсивными реальными практиками их потребления. Эта расщепленность между «интересом вообще» и конкретным действием формирует актуальную исследовательскую проблему: какие институциональные модели и форматы сотрудничества способны канализировать высокий символический престиж чтения в реальную, устойчивую читательскую культуру и привычку? Мы полагаем, что ключевым институциональным медиатором в этом процессе может выступить музей. В отличие от библиотеки, которой всё сложнее «достучаться» до потенциального читателя напрямую, музей уже воспринимается аудиторией как более яркое и событийное социокультурное пространство соучастия, где, по точному замечанию Е. С. Шараповой, происходит «налаживание коммуникации и поиск новых языков и сигналов для активизировавшейся зрительской аудитории» (Шарапова, Растимешина, 2020: 1 (25): 110).
Цель настоящей работы — на основе вторичного анализа данных ВЦИОМ и обобщения российских музейных и библиотечных практик выявить и эмпирически обосновать цифровые модели взаимодействия музея и библиотеки, в которых музей выступает институциональным медиатором, конвертирующим общий интерес к культурному досугу в устойчивую практику чтения. В рамках исследования рассмотрены следующие проблемы: каковы точки пересечения и точки расхождения читательских, библиотечных и музейных практик россиян в цифровую эпоху? Какие форматы сотрудничества музея и библиотеки наиболее эффективно превращают ситуативный интерес в системную вовлеченность в чтение? Каким образом цифровые технологии могут не конкурировать с книгой, а служить мостом, ведущим к ней?
Научная новизна исследования заключается в комплексном сопоставлении данных о читательских, библиотечных и музейных практиках россиян за период 2015—2026 гг. и выделении на этой основе четырех моделей синергии: «музей как витрина книги», «библиотека в музее», «цифровой мост» и «событийные форматы». В отличие от существующих работ, фокусирующихся, как правило, на одной из институций, данное исследование предлагает интегративный взгляд на проблему, помещая в центр анализа фигуру музея как «проводника» в мир книги и библиотеки.
Материалы и методы
Дизайн исследования базируется на вторичном анализе данных, полученных в ходе всероссийских опросов общественного мнения, а также на анализе кейсов институциональных практик. Эмпирическая база исследования:
- аналитический обзор ВЦИОМ «Книга в эпоху цифры»1 (ноябрь 2025 г., всероссийский телефонный опрос);
- аналитический обзор ВЦИОМ «Пошли в музей?»3 (июнь 2024 г.);
- аналитический обзор ВЦИОМ «Идем в музей?»4 (февраль 2026 г.);
- аналитический обзор ВЦИОМ «Как пройти в библиотеку?»2 (июнь 2015 г.);
- кейсы российских музейных и библиотечных проектов: концепция «Музей для читающих»[5], проект «Русские чтения в музее Набокова»[6], Музей книги Российской государственной библиотеки[7].
Обзор литературы
Проблематика взаимодействия библиотек и музеев в контексте популяризации чтения и культурного наследия находится в фокусе внимания современных исследователей. Значительный пласт работ посвящен цифровой трансформации этих институций. Так, О. В. Кононова рассматривает виртуальный музей как перспективную форму раскрытия и популяризации уникальных книжных фондов, отмечая, что библиотеки пока недостаточно активно используют эту форму, несмотря на ее потенциал для обеспечения доступа к культурным ценностям (Кононова, 2025). В нашей работе с Е. С. Шараповой анализируется феномен виртуального музея и рождение новой философии экспозиционного пространства и подчеркивается, что музей оказывается «встроенным в современность» институтом, способным к гибкой коммуникации с цифровой аудиторией (Шарапова, Растимешина, 2020). В русле проблем цифровой интеграции институтов памяти большое значение имеет работа Е. Д. Жабко, которая рассматривает создание интегрированной исследовательской среды библиотек, музеев и архивов, выделяя ключевые барьеры такого объединения: ведомственную разобщенность, отсутствие единой технологической среды и системы научно-методического обеспечения (Жабко, 2023). С практической точки зрения показателен проект «Пространство Ломоносова», описанный специалистами Архангельского краеведческого музея (Куковякин, Ляпин, 2017): функциональная интеграция виртуального гипермедиаатласа и полнотекстовой электронной библиотеки создает модель «цифрового моста», позволяющую пользователю переходить от географической локации к книжным ресурсам через автоматические поисковые запросы.
Вопросы синергии библиотек и музеев в просветительской деятельности также активно обсуждаются в профессиональном сообществе. Исследования показывают, что партнерские отношения между этими учреждениями необходимы для гармоничного воспитания и развития личности, а также для привлечения аудитории. Международный опыт в этом контексте представлен исследованием П. Ло с соавторами (Lo, But, Trio, 2014), которые на примере Гонконгского морского музея и его библиотеки анализируют операционные преимущества и вызовы коллаборации, подчеркивая, что интеграция позволяет удовлетворять более широкий спектр информационных потребностей пользователей. Украинские исследователи Л. Д. Березовская и О. П. Михно (Berezivska, Mikhno, 2025), изучая сотрудничество научной библиотеки и Педагогического музея, вводят понятие «синергии опыта», показывая, как библиотека выступает генератором научного знания (биографические исследования), а музей — площадкой для его визуализации и популяризации, обогащая библиотечные ресурсы своими коллекциями. Е. Р. Фашаян, исследуя инновационные концепции музейного пространства, акцентирует внимание на том, что музей в эпоху цифры становится пространством соучастия, где налаживается коммуникация и происходит поиск новых языков для взаимодействия с аудиторией (Фашаян, 2023). Коммуникативный потенциал взаимодействия музеев, библиотек и архивов как единой просветительской системы обобщен в материалах международных музейных чтений под редакцией Н. А. Паршикова, где рассматриваются гибридные форматы привлечения аудитории и делается вывод о необходимости перехода от конкуренции к кооперации этих институций (Паршиков, гл. ред., 2018).
Отдельное направление исследований — музейная педагогика, которая рассматривает музей как образовательную систему и направлена на оптимизацию его взаимодействия с посетителем. Д. В. Васюткин и И. М. Яныкина подчеркивают, что музей обладает уникальным потенциалом социально-воспитательной работы и формирования культурной идентичности, а интеграция музейного дела, образования и культуры способствует популяризации русского языка и литературы[8]. А. А. Кашина исследует волонтерство как механизм формирования патриотического сознания (Кашина, 2024), что также имеет прямое отношение к деятельности музеев и библиотек как институтов социализации молодежи. Эффективность библиотечно-музейных коллабораций в вовлечении молодежи в чтение подтверждается зарубежными исследованиями: в отчете о реализации американской программы The Big Read, осуществленной при поддержке Института музейных и библиотечных служб (IMLS), показано, что партнерство с музеями и школами является ключевой стратегией для привлечения молодой аудитории к книге (Sloan, Honeyford, Bass, 2008).
Однако несмотря на значительный интерес к теме, комплексный анализ моделей взаимодействия музея и библиотеки именно как канала популяризации чтения в цифровую эпоху, основанный на эмпирических социологических данных, представлен в литературе недостаточно, что составляет важный аспект актуальности нашей работы.
Теоретическая основа исследования
Мы полагаем, что современные стратегии взаимодействия музеев и библиотек в цифровую эпоху не могут не учитывать концепций, описывающих трансформацию культурного потребления и институциональной среды. Теоретическая рамка исследования базируется на нескольких ключевых подходах.
Во-первых, это концепция гибридного культурного потребления, которая описывает, как современный пользователь распределяет свое время и внимание между множеством форматов, включая офлайн-мероприятия, цифровые платформы и социальные сети. В этой парадигме важным становится не столько носитель информации, сколько удобство и контекст доступа к ней. Как показывают исследования ВЦИОМ, формируется норма гибридного чтения, когда формат выбирается по ситуации, жанру, месту и времени.
Во-вторых, мы опираемся на теорию институционального медиаторства. В условиях цифровой фрагментации внимания музей как «встроенный в современность» институт, обладающий высоким уровнем доверия и эмоциональным потенциалом, способен выступить посредником между аудиторией и более сложными для восприятия форматами, такими как систематическое чтение и посещение библиотеки. Музей, в отличие от библиотеки, уже воспринимается как событийное пространство соучастия, что делает его естественной «точкой входа» для вовлечения в более глубокие культурные практики.
В-третьих, мы исходим из положений музейной педагогики, которая рассматривает музей не просто как хранилище артефактов, а как динамичную образовательную систему, направленную на оптимизацию взаимодействия с посетителем и способную переводить сложные культурные и научные сюжеты в визуально-эмоциональную форму. Как подчеркивают исследователи, интеграция музейного дела, образования и культуры способствует популяризации литературы и формированию культурной идентичности.
Наконец, теоретически значимой является концепция цифрового моста, разрабатываемая в библиотековедении (Кенгурова, 2012; Ивановская, Березовская, 2023; Варганова, 2024). Согласно ей, виртуальные музеи и совместные онлайн-платформы музеев и библиотек могут решать задачи обеспечения доступа граждан к культурным ценностям независимо от места проживания, при этом музейный контент используется как входной канал в библиотечные сервисы.
Таким образом, мы исходим из следующих теоретических посылок: (1) цифровая трансформация не отменяет потребности в книге и знании, а «перестраивает» траектории доступа к ним; (2) музей, будучи более ярким и событийным социокультурным пространством, может выступить «проводником», через который книга и библиотека входят в практики большего числа людей; (3) объединенные цифровыми сервисами институты могут стать новым социокультурным микрокосмом, где музей выступает как «генератор интереса», библиотека как «инфраструктура доступа», а книга как «инструмент погружения».
Результаты
Анализ данных ВЦИОМ выявил общие паттерны и разрывы в практиках чтения, посещения библиотек и музеев, а также обозначил точки их потенциального пересечения.
Книга, библиотека и музей: эмпирическая рамка разрывов. Сравнение данных четырех опросов ВЦИОМ за 2015—2026 гг. позволяет зафиксировать общую для трех институций тенденцию: высокий декларируемый интерес к чтению, библиотекам и музеям сочетается с менее интенсивными реальными практиками их потребления (табл. 1).
Таблица 1. Декларируемый интерес и реальные практики чтения, посещения библиотек и музеев
Table 1. Declared interest and real practices of reading, libraries and museums visiting
|
Показатель |
Декларируемый интерес / охват |
Реальная практика / интенсивность |
Источник данных |
|
Чтение |
66 % «любящих читать» |
26 % не читают книг совсем; средний |
ВЦИОМ, ноябрь 2025 г. |
|
Библиотеки |
89 % когда-либо посещали |
63 % не были более двух лет |
ВЦИОМ, июнь 2015 г. |
|
Музеи |
66 % желают ходить чаще (рост с 53 % за 15 лет) |
36 % посетили за последний год; 10 % не посещали никогда |
ВЦИОМ, 2024, 2026 гг. |
Как видно из табл. 1, расщепленность между «интересом вообще» и конкретным действием наиболее характерна для библиотек, тогда как музеи демонстрируют более позитивную динамику и по росту желания посещать их, и по доле реальной аудитории. Эти данные свидетельствуют, что книга, библиотека и музей разделяют общий тренд, но обладают разным потенциалом для его преодоления.
Чтение и библиотеки в эпоху цифровизации: вызовы и ресурсы. Данные ВЦИОМ по опросу «Книга в эпоху цифры» детализируют картину читательского поведения. Бумажная книга сохраняет лидерство: 71 % читающих предпочитают печатный формат, однако чтение с телефона уже занимает второе место — 40 % в целом и 67 % среди «поколения цифры». В интерпретации ВЦИОМ это формирует норму гибридного чтения, когда формат выбирается по ситуации, жанру, месту и времени. Важно подчеркнуть смену парадигмы: современному пользователю важен не столько носитель, сколько удобство доступа к книге.
Опрос «Как пройти в библиотеку?» показывает аналогичную институциональную динамику: (табл. 2).
Таблица 2. Причины отказа от посещения библиотек и меры повышения их привлекательности
Table 2. Reasons for not visiting libraries and museums amd measures to increase their attractiveness
|
Причина |
% |
Мера повышения привлекательности |
|
Нехватка времени |
33 |
Обновление книжного фонда |
|
Возможность читать/скачивать в интернете |
24 |
Доступ к электронным версиям |
|
Наличие домашнего книжного фонда |
26 |
Компьютеры с интернетом |
|
Другие причины |
17 |
Культурно-просветительские мероприятия |
Как показывают данные табл. 2, цифровая конкуренция является одним из главных, но не единственным вызовом. Сами респонденты видят решение в модернизации библиотек: обновлении фондов и интеграции в цифровую среду. Соответственно мы можем утверждать, что цифровая трансформация не отменяет потребности в книге, а «перестраивает» траектории доступа — и именно здесь музей, обладающий собственной цифровой инфраструктурой и событийным потенциалом, может выступить «проводником» для возвращения читателя в библиотечное пространство.
Музей как точка входа: интерес, барьеры, поколенческие различия. Согласно опросу «Пошли в музей?», почти каждый второй россиянин за последние два года был в музее, еще 10 % никогда не посещали музеи, но общая доля желающих ходить в них чаще выросла с 53 до 66 % за 15 лет. Исследование «Идем в музей?» уточняет: 36 % респондентов посетили музеи за последний год, при этом наибольший интерес к музейно-выставочному пространству демонстрируют молодежь (58 % среди 18—24-летних) и жители крупных городов. Барьеры для посещения музеев во многом перекликаются с библиотечными: дефицит времени, транспортная доступность, стоимость билетов и сопутствующие расходы. В опросах ВЦИОМ фиксируется важный момент: цифровые каналы (сайты, соцсети, онлайн-анонсы) усиливают интерес к музеям. Таким образом, музей уже встроен в цифровое поведение аудитории и может транслировать сигналы о книге и библиотеке.
Гибридное культурное потребление и роль музея. Сопоставление данных опросов ВЦИОМ о чтении, посещении библиотек и музеев позволяет говорить о едином паттерне гибридного культурного потребления. Пользователь, с одной стороны, декларирует высокую ценность чтения и искусства, с другой — распределяет свое время между множеством форматов: смартфон, видео, социальные сети, офлайн-мероприятия. Чтение «переезжает» на экран и в наушник, визит в библиотеку заменяется запросом к электронным ресурсам, а музей всё чаще воспринимается как событийный опыт.
При этом опросы ВЦИОМ показывают различия в мотивации (табл. 3).
Таблица 3. Доминирующие мотивы и барьеры в культурном потреблении
Table 3. Dominating motives and barriers in culture consumption
|
Институция |
Доминирующие мотивы |
Ключевые барьеры |
|
Музей |
Получить новые знания, испытать позитивные эмоции |
Дефицит времени, транспортная доступность |
|
Чтение |
Саморазвитие, интерес, развлечение |
Сложность (для научной литературы), отсутствие связи с жизнью |
|
Библиотека |
Доступ к книгам, информация, атмосфера |
Нехватка времени, доступность книг в интернете |
Как видно из табл. 3, музей способен переводить сложные научные и культурные сюжеты, вызывающие у читателей когнитивные барьеры («сложно», «не связано с жизнью»), в визуально-эмоциональную, событийную форму, а библиотека — обеспечивать последующее углубление интереса через книги и электронные ресурсы.
Тезис о перспективах популяризации книги через музей подтверждается сложившимися практиками.
Концепция «Музея для читающих»[9], артикулированная в профессиональной среде, предлагает рассматривать музей как пространство сопротивления поверхностному потреблению контента. Здесь фигура «человека читающего» противопоставляется «человеку листающему» и «человеку смотрящему», а великая русская литература позиционируется как ядро экспозиционных и просветительских активностей. Такой подход подтверждает, что при высокой доле любящих читать и одновременном возрастании доли чтения с гаджетов музей может стать местом «замедления» и возвращения к глубинному чтению.
Сетевые выставочные проекты (например «Русские чтения в музее Набокова»[10]) демонстрируют, как музейное пространство превращается в живую площадку для работы с текстом: публичных чтений, сценических интерпретаций, дискуссий. Эти практики напрямую конвертируют эмоциональное впечатление от экспозиции в интерес к книгам, что особенно актуально для молодежной аудитории, которую данные ВЦИОМ фиксируют как наиболее активную в музейных посещениях и преимущественно пользующуюся смартфоном для чтения. «Музей книги» РГБ[11] — пример институционального синтеза: книга как экспонат (рукописи, инкунабулы, редкие издания, образцы графики и полиграфии) апеллирует одновременно к визуальному и текстовому восприятию. Такой музей показывает, что библиотека может предложить уникальный офлайн-опыт, не заменимый цифровым доступом. Массовые акции наподобие «Библионочи», «Библиосумерек», где участвуют библиотеки, книжные магазины и литературные музеи, строят совместную событийность вокруг книги: ночные экскурсии, квесты по литературным сюжетам, театрализованные чтения и специальные выставки. Здесь музейная форма (ночной визит, игра, иммерсия) становится для горожан естественным поводом обратиться к книге, а библиотеки выступают партнерами и поставщиками контента. Таким образом, эти кейсы позволяют выделить несколько моделей взаимодействия музей — библиотека — книга.
Обсуждение
Обобщение эмпирических данных и рассмотренных кейсов позволяет выделить четыре ключевые модели взаимодействия, которые дополняют одна другую, формируя новую экосистему популяризации чтения.
1. Музей как витрина книги. Экспозиции, построенные на литературных сюжетах или истории книги, сопровождаются рекомендательными списками и QR-кодами, ведущими на электронные версии и в каталоги библиотек. Как показывает опыт сотрудничества музеев и библиотек[12], такое объединение усилий позволяет решать информационные задачи и усиливать образовательную составляющую.
2. Библиотека внутри музея. Создание небольших читальных залов и предоставление доступа к электронным базам данных в музейных зданиях снимают инфраструктурные барьеры (нехватка времени, неудобство отдельного похода), позволяя конвертировать разовый музейный визит в длительный контакт с книгой. Эта модель, как подчеркивают исследователи, способствует гармоничному воспитанию и развитию личности подрастающего поколения.
3. Цифровой мост. Совместные онлайн-платформы музеев и библиотек, где после виртуальной экскурсии пользователь получает персональные книжные рекомендации и возможность записаться в библиотеку, отвечают на запрос гибридного потребления. Как отмечает О. В. Кононова (Кононова, 2025), посредством виртуальных музеев можно решать задачи обеспечения доступа граждан к культурным ценностям независимо от места проживания.
4. Событийные форматы. Фестивали, ночные акции, квесты, объединяющие музейные и библиотечные площадки, базируются на высокой готовности жителей городов, особенно молодежи, участвовать в культурных событиях и компенсируют нерегулярность посещения институций по отдельности. Как показывает практика, подобные партнерские отношения необходимы любой библиотеке для привлечения читателей.
Эти модели не противоречат одна другой, но создают целостную экосистему, в которой музей выступает «генератором интереса», библиотека — «инфраструктурой доступа», а книга — «инструментом погружения». Перспективы популяризации книги через музей связаны с его переосмыслением как пространства не только созерцания, но и осмысленного чтения; интеграцией библиотечных сервисов в музейные маршруты (физически и через цифровые платформы), а также с использованием цифровых инструментов как связки между впечатлением от экспоната и обращением к книге.
Заключение
Проведенное исследование подтверждает, что в условиях цифровой фрагментации внимания и расщепления культурных практик музей может выступить эффективным медиатором между широкой аудиторией и практиками чтения. Сохраняя высокий символический статус и доверие, музей, в отличие от библиотеки, уже воспринимается как динамичное, событийное пространство, что делает его удобным «проводником» для возвращения читателя в библиотечную среду. Анализ данных ВЦИОМ показывает, что при высокой готовности россиян признавать ценность чтения и искусства реальные практики фрагментируются под влиянием цифровой конкуренции и нехватки времени.
В этих условиях устойчивое чтение и обращение к библиотеке могут быть не восстановлены директивно, а заново сконструированы через синергию институтов. Выделенные модели — «музей как витрина книги», «библиотека в музее», «цифровой мост» и «событийные форматы» — предлагают конкретные механизмы такой синергии. Они позволяют использовать эмоциональный и событийный потенциал музея для генерации интереса к книге, а библиотечную инфраструктуру — для его углубления и поддержания. Дальнейшие исследования могут быть направлены на количественную оценку эффективности каждой из предложенных моделей и изучение их влияния на читательскую активность в долгосрочной перспективе.
Можно утверждать, что при высокой готовности россиян признавать ценность чтения и искусства и одновременном «расщеплении» практик на фрагменты времени и внимания музеи уже стали важной формой культурного досуга для горожан и молодежи, тогда как библиотеки нуждаются в перезагрузке форм и сервисов, в том числе через цифровизацию и синергию с музеями.
Итак, в условиях цифровой фрагментации внимания устойчивое чтение и обращение к библиотеке могут быть не восстановлены, а заново сконструированы — через «встроенный в современность» (Шарапова, Растимешина, 2020) музей как медиатор, который, с опорой на доверие и эмоциональный потенциал, переводит интерес к искусству и истории в интерес к книге, а цифровую среду превращает из конкурента в канал доступа к чтению.
[1] Смак Т. «Книга в эпоху цифры». 17.11.2025. ВЦИОМ Новости: [сайт]. 02.03.2026. <https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/kniga-v-ehpokhu-cifry>.
[2] «Как пройти в библиотеку?». 08.06.2015. ВЦИОМ Новости: [сайт]. 02.03.2026. <https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/kak-projti-v-biblioteku>.
[3] «Пошли в музей?». 20.06.2024. ВЦИОМ Новости: [сайт]. 02.03.2026. <https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/poshli-v-muzei>.
[4] Атаева М. «Идем в музей?». 11.02.2026. ВЦИОМ Новости: [сайт]. 02.03.2026. <https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/idem-v-muzei>.
[5] «Музей для читающих». Cop. 2023—2024. Мир музея: сайт журнала. 04.03.2026. <https://xn--e1adcpbxw2h.xn--p1ai/prj1>.
[6] «Русские чтения в музее Набокова». 20.03.2021. Московская губернская универсальная библиотека: сайт. 04.03.2026. <https://gubmo.ru/projects/events/russkie-chteniya-v-muzee-nabokova/>.
[7] «Музей книги». Cop. 1999—2025. Российская государственная библиотека: официальный сайт. 04.03.2026. <https://www.rsl.ru/ru/events/halls/muzej-knigi>.
[8] Васюткин Д. В., Яныкина И. М. «Литературный интерактивный музей — путь к культурной идентичности». 03.07.2025. Инфоурок: [сайт]. 04.03.2026. <https://infourok.ru/literaturnyj-interaktivnyj-muzej-put-k-kulturnoj-identichnosti-7827338.html>.
[9] «Музей для читающих»… <https://xn--e1adcpbxw2h.xn--p1ai/prj1>.
[10] «Русские чтения в музее Набокова»… <https://gubmo.ru/projects/events/russkie-chteniya-v-muzee-nabokova/>.
[11] «Музей книги»… <https://www.rsl.ru/ru/events/halls/muzej-knigi>.
[12] См., напр.: «Успешное сотрудничество музея и библиотеки». 27.10.2025. Этнографический музей под открытым небом «Торум Маа»: сайт. 04.03.2026. <https://torummaa.ru/uspeshnoe-sotrudnichestvo-muzeya-i-biblioteki/>.
1. Варганова Г. В. «Публичная библиотека как общественное благо: от цифрового разрыва к цифровой инклюзии». Библиосфера 2 (2024): 5—12. https://doi.org/10.20913/1815-3186-2024-2-5-12. EDN: https://elibrary.ru/DIPMXU.
2. Жабко Е. Д. «Интеграция ресурсов библиотек, музеев и архивов: вместе или самостоятельно?». Библиотековедение 72.2 (2023): 103—115. https://doi.org/10.25281/0869-608X-2023-72-2-103-115. EDN: https://elibrary.ru/YMHQZB.
3. Ивановская Е. В., Березовская А. А. «Языки, книги и люди: как создать мосты между народами и культурами». Приоритеты национальной книжности: фонды или читатель? (к 70-летию ОНЛ): тез. докл. (С.-Петербург, 24—25 ноября 2023 г.). СПб.: РНБ, 2023. 20—21. EDN: https://elibrary.ru/ZEWZHD.
4. Кашина А. А. «Волонтерство как механизм формирования патриотического сознания: социально-политический анализ». Государственное и муниципальное управление. Ученые записки 3 (2024): 259—264. https://doi.org/10.22394/2079-1690-2024-1-3-259-264. EDN: https://elibrary.ru/KIGXTV.
5. Кенгурова С. Л. «Библиотека и музей — мир культуры». Библиотечная орбита: сб. науч.-метод. материалов. Вып. 21. Хабаровск: РИО ДВГНБ, 2012. 209—213.
6. Кононова О. В. «Виртуальный музей как способ раскрытия фондов российских библиотек». Библиосфера 3 (2025): 89—99. https://doi.org/10.20913/1815-3186-2025-3-89-99. EDN: https://elibrary.ru/GGORKN.
7. Куковякин А. В., Ляпин С. Х. «Пространство Ломоносова: опыт функциональной интеграции виртуального атласа и полнотекстовой библиотеки». Культура и технологии 2.1 (2017): 6—12. EDN: https://elibrary.ru/YXAVIG.
8. Паршиков Н. А., гл. ред. Коммуникативные возможности современных музеев, библиотек и архивов (к 45-летию ОГИК и 60-летию ОМИИ): сб. материалов VIII Междунар. музейн. чтений «Современные проблемы музеологии» (Орел, 16—17 мая 2017 г.). Вып. 6. Орел: Орловский гос. ин-т культуры, 2018. 397 с. EDN: https://elibrary.ru/YQRIRN.
9. Фашаян Е. Р. «Инновационная концепция музейного пространства: новаторство и консерватизм в эпоху цифровой трансформации». Экономические и социально-гуманитарные исследования 2 (38) (2023): 148—156. https://doi.org/10.24151/2409-1073-2023-2-148-156. EDN: https://elibrary.ru/FUFULZ.
10. Шарапова Е. С., Растимешина Т. В. «Виртуальный музей и рождение новой философии экспозиционного пространства». Экономические и социально-гуманитарные исследования 1 (25) (2020): 109—115. https://doi.org/10.24151/2409-1073-2020-1-109-115. EDN: https://elibrary.ru/CTOKFO.
11. Berezivska L., Mikhno O. “Implementation of Biographical Research Results of the V. Sukhomlynsky State Scientific and Educational Library of Ukraine into the Practice of the Pedagogical Museum of Ukraine: A Synergy of Experience”. Herald of the National Academy of Educational Sciences of Ukraine 7.2 (2025): 1—4. https://doi.org/10.37472/v.naes.2025.7212
12. Lo P., But K., Trio R. “Links Between Libraries and Museums: A Case Study of Library-Museum Collaboration at the Hong Kong Maritime Museum”. JLIS.It 5.1 (2014): 103—120. https://doi.org/10.4403/jlis.it-8916
13. Sloan K., Honeyford M., Bass K. A Book Club for a Nation, Built Chapter by Chapter: The Big Read, Final Report. Washington: National Endowment for the Arts, 2008. 47 p.
